Abriza
мой запрос вселенной с томиком басё плакать у камина а не это всё
Интеллектуалы и их среда.
Клубы и общества в Шотландии в XVIII веке

Актуальная тема "интеллектуалы и власть" в нашей стране часто сводится к проблеме "интеллигенция и государство", а решение ее ищется в доказательстве необходимости поддержки интеллектуалов со стороны государства. Существуют ли другие исторические интерпретации этой темы? Что делать, если государство нищее и отсталое, а центральная власть слаба или далека от интеллектуалов и их проблем? Как ученому в таких условиях не только выжить, но и достичь мирового уровня и славы? Можно ли двигаться вперед самим, развивая общество?
Ярким примером самостоятельности образованных слоев общества в период социального кризиса служит Шотландия, характеризовавшаяся в век Просвещения небывалым расцветом интеллектуальной активности и появлением большого числа гуманитариев мирового уровня - Д. Юма, А. Смита, А. Фергюсона, У. Робертсона, Д. Уатта, В. Скотта, Р. Бернса, Д. Максвелла и других.
Для понимания шотландского способа решения этой проблемы важно знать, в какой социальной среде возникло интеллектуальное движение, какие черты характеризовали общество, как была устроена среда интеллектуального общения: северобританских гуманитариев, называвших себя литерати. Они не только читали проповеди, толковали законы, преподавали, занимались медициной, фермерством, но и писали книги, во многом изменившие жизнь западного мира. Шотландские мыслители ХУШ в. проектировали социальную среду, и их тексты интересны потому, что обсуждают модели для меняющегося общества. Мыслители объединялись в клубы и общества. Одна из причин объединения заключалась в том, что интеллектуалов было относительно немного и они были связаны социальными условиями. Они полагали, что человек есть животное социальное: рожденный в и для общества, он развивается, проходя различные стадии от "грубости" до "утонченности", или, как шутили тогда, "от дикаря до шотландца" 1 . "Литерати Просвещения глубоко верили в человеческие контакты, как посредством личных связей, так и в публичных обсуждениях" 2 .
В экономическом отношении ХУШ в. был для Шотландии гораздо более успешным, чем XVII в. В результате союза с Англией страна потеряла торговлю с Францией и страдала от возросших налогов. Настоящий экономический подъем начался позже, когда проявились преимущества торговли с Англией и колониями. Союз с Англией имел, конечно, и более непосредственный эффект, чем экономический. Шотландское общество не хотело плестись в хвосте передового южного соседа. Политическое единство совмещалось с разнообразием "социальной этики" 3 : централизация коснулась парламентской и фискальной сфер, а местная автономия осталась не только у церкви, но и у законодательства и сферы образования. Это было важно еще и потому, что к 1700 г. Шотландия достигла успехов реорганизации законодательства и образования. В конце XVII в. парламент принял несколько актов, направленных на улучшение образования и воспитания населения. Национальная система образования позволяла сыновьям бедных родителей поступать в университеты так же хорошо подготовленными, как и их одноклассники из социально привилегированных слоев.
Шотландское Просвещение не было равномерно "распределено" по стране. Оно процветало в равнинном поясе, ограниченном на западе Глазго и Эдинбургом на востоке, а также в университетском Абердине. Это было городское движение. Его существование и прогресс зависели от социальных и интеллектуальных форм самовыражения городских жителей. Средой шотландского Просвещения были университеты, двигателем - юристы и церковные деятели, поэтому главнейшую роль в нем играл Эдинбург - столица страны, университетский город, центр судебной власти, место, где ежегодно собиралась Генеральная ассамблея церкви Шотландии, центр социального и экономического притяжения для большинства образованных людей страны 4 .
Хотя шотландская граница пролегала менее чем в 300 милях от Лондона, в 1763 г. только один почтовый экипаж совершал регулярные рейсы между Эдинбургом и британской столицей. Такое путешествие длилось около двух недель и считалось достаточно опасным. Англичане же думали, что до Шотландии можно добраться только морем. Поскольку они были привычны именно к морским путешествиям, то зачастую лучше знали Африку и Индию, чем северные пределы Британии.
Тем не менее, Лондон задавал стандарты и образцы социальной жизни шотландскому обществу, в котором был очень силен комплекс неполноценности, компенсировавшийся местной гордостью. В провинциальной шотландской жизни смешивались две тенденции (реальные или воображаемые) - ценность местной "чистоты" и "простоты", а также идеалы космополитической утонченности и изысканности. Многие не рассматривали эти идеологемы как альтернативы, стремясь избежать отчуждения и от источников высокой культуры, и от местной, знакомой с детства культурной среды. Эти условия не могут объяснить появление гениев, но их необходимо принять во внимание, чтобы лучше понять, какие усилия требовались для формирования мировоззрений, для поиска подходов к обновляющейся жизни, для развития творческой мысли 5 .
Кроме Д. Юма в Шотландии XVIII в. не было профессиональных литераторов. Престиж одной из самых образованных наций в Европе многие годы поддерживался небольшим количеством выдающихся людей, занимавшихся философией, наукой и литературой по призванию души. Образованная публика Шотландии не была достаточно многочисленной, чтобы оплачивать труд профессиональных сочинителей. "...Мыслители принадлежали к традиционной элите, т.е. были дворянами, священниками, государственными чиновниками, врачами или судейскими. Примерно таким же был круг читателей у авторов Просвещения... " 6 .
Из перечисленных социальных групп важнейшую роль играли служители закона. Многие из них происходили из семей земельной аристократии, однако то, что Шотландия в объединенной Британии сохранила свою юридическую систему с центром в Эдинбурге, придавало им еще большую значимость.
Шотландские законы знали и изучали не только юристы. Согласно эдиктам шотландских королей и актам парламента старшие сыновья землевладельцев должны были обучаться законам. Эта традиция, основанная в XV-XVI вв., помогала упрочить влияние закона в обществе; сохранилась она и в XVIII в... Это позволило У. Блэкстоуну в 1758 г. выделить Шотландию как страну, где "трудно встретить человека с гуманитарным образованием, не разбирающегося в юридической науке, которая служит гарантом его естественных прав и сводом правил его гражданского поведения" 7 . Важнейшую роль в шотландской законодательной традиции играло Римское право, привнесенное с континента поколениями юристов, учившихся во Франции и Голландии. Изучение Римского права было связано с интересом к изучению истории.
В 1690 г. Д. Грегори первым в Европе стал читать лекции по "Началам" Ньютона, а сэр Р. Сиббалд основал Медицинскую школу, прославившуюся далеко за пределами Шотландии. Структура преподавания в университете все больше напоминала устройство университетов Утрехта и Лейдена. Церковь Шотландии в конце XVII в. меняла свой характер под влиянием либеральных течений голландской теологии, особенно работ Г. Гроция. Университет Глазго посылал большое количество выпускников- теологов в Голландию, что развивало дух религиозной терпимости и культуру откровенных теологических дискуссий 8 . Шотландия еще более столетия после исчезновения ее политической самостоятельности сохраняла и продуктивно использовала духовные связи с континентом.
На протяжении полутора столетий шли споры о том, какова должна быть система шотландского образования. Традиционно университеты принимали студентов в возрасте 16 или даже 15 лет. В течение четырех лет они получали общее образование, включавшее гуманитарные и точные науки и обязательный курс философии. Эти насыщенные философией годы рассматривались как необходимая основа. После чего студенты - по крайней мере, лучшие из них - продолжали обучение, ориентированное на будущую профессию. Однако многие разуверились в идее университета как места общего образования и философии как его главнейшей, интегральной составляющей. Они указывали на Англию, где в университеты поступали с 18 лет, обучаясь до этого в средних школах, университетское образование было специализированным, профессиональным и не было обязательной философии. Таким образом, роль и место философии в образовании были центром этой длительной дискуссии, завершившейся после 1889 г. победой английской модели. В это время закончилась длившаяся со средних веков образовательная традиция, связанная с континентальными образовательными нормами.
Студенты в XVIII - начале XIX вв. слушали курсы логики и моральной философии, особое внимание уделяя центральным проблемам теории познания. В результате в конце курса они чувствовали себя в философии весьма уверенно (если учесть, что латынь изучалась еще в школе), могли обсуждать Юма и Беркли, а познания в математике и естественных науках у них были лишь начальными. Философия занимала командные высоты в системе высшего образования, а другие дисциплины становились более философскими. Математики обращались к истории и к социальной значимости своей науки и постулировали ее необходимость для обычных людей. Профессора греческого и латыни уделяли больше времени эстетическим аспектам поэзии и пониманию цивилизации древних, чем грамматическому разбору текстов. Философский акцент усиливался тем, что рассмотрение философских проблем не противопоставлялось обыденной жизни, наоборот, подчеркивалась их важность для мышления людей.
Вот краткий перечень тем, предлагавшихся в начале XIX в. для студенческих эссе по курсу логики: "Каково основание различия между свободными и механическими искусствами?", "Как можно сравнивать "Илиаду" и "Одиссею" и по какому принципу определяется предпочтение?", "Какие причины произвели абсолютную форму правления в Риме при Августе?" Профессор не только дает темы, но и указывает, что авторы должны доводить свои изыскания до исходных принципов. Даже специальные дисциплины были устроены схоже. Например, в 1823 г. было написано эссе на тему "Благотворное влияние астрономии на разум" 9 .
Тенденция прослеживать связь основополагающих принципов философии с повседневной жизнью, со здравым смыслом приводила к тому, что даже ученые-экспериментаторы, такие как Брюстер и Максвелл, понимали философские проблемы своей области знания и считали академических коллег- философов союзниками. И юристы, и медики хорошо относились к философии как элементу юридического образования.
Указанная особенность шотландских университетов дополнялась другой, не менее важной. Читающий лекции профессор проводил много времени в обсуждении со студентами изложенных им проблем. Дискуссии концентрировались по большей части на том, что можно назвать здравым смыслом, и на отношении рассматриваемых тем к жизни. В таких дискуссиях вырабатывалось групповое мнение студентов о достоинстве той или иной доктрины, которое могло и не совпадать с мнением профессора. Во многих университетских конкурсах, часто с денежными призами, решения принимались не профессорами, а студентами. Учащиеся, в силу протестантских традиций страны, интересовались интеллектуальными дискуссиями и с удовольствием оценивали ответы товарищей и качество работы профессоров. Даже экзамен превращался в своего рода студенческий апелляционный суд. Такой демократический характер университетской системы, развившийся под влиянием пресвитерианизма, помогал формированию того типа ума, который в течение долгого времени ассоциировался с Шотландией 10 . Таким образом, сильной стороной шотландского высшего образования была традиция занятий-дискуссий, в которых центральное внимание уделялось не столько практике, сколько теории, а последняя включала все аспекты естественных наук, психологии, риторики и философии.
В мае 1700 г. специальная комиссия доложила Генеральной ассамблее церкви об успешной деятельности обществ по улучшению нравов, основанных в Англии и Ирландии. Решено было использовать пример соседей и к сентябрю в Эдинбурге уже действовали два Общества улучшения нравов, через пять месяцев - 11, и количество их продолжало расти. Постепенно эти общества, каждое из которых первоначально работало только в своем приходе, объединили усилия, создав федерацию. Целью их было "следить за исполнением законов против роскоши и похоти, пьянства и распутства, намеренного клятвопреступления и повседневного сквернословия, нарушения обычаев и других серьезных нарушений морали" 11 . Для достижения поставленной цели члены общества патрулировали улицы Эдинбурга, обычно в сопровождении официального лица. Поймав нарушителя закона, они сообщали о нем светским и церковным властям.
Объединение другого типа было создано в 1701 г. по инициативе горожан для организации религиозных школ в горных районах.
Общество распространения христианского знания было поддержано церковью и королевской властью. Организованные обществом школы были настолько успешны, что их стали создавать по всей Британии. Парламент считал, что религиозное просвещение горцев уменьшит вероятность их бунтов, поэтому он поддержал организацию еще 151 школы по образцу, разработанному обществом. В школах преподавались основы религии, различных ремесел, домашнего и сельского хозяйства, чтение, письмо 12 .
Таким образом, в начале XVIII в. в Шотландии были созданы разнообразные общественные объединения, целями которых были "улучшения" в различных областях жизни страны. В дальнейшем понятие "улучшение" стало ключевым как для теоретической, так и для практической деятельности шотландцев. Улучшать начали все и вся. Само время получило название Эпохи улучшения, характеризовали его три главные черты: стремление шотландцев к улучшению нации, их метод организации обществ для осуществления улучшения и их ориентация на английские образцы 13 .
Представители высшего дворянства в 1723 г. основали Благородное общество совершенствователей сельскохозяйственных знаний в Шотландии. Общество призывало своих членов прекратить употребление импортных спиртных напитков, чтобы поощрить отечественное производство виски. Один из членов общества взял у городских властей Эдинбурга в аренду заболоченное озеро, осушил его и превратил в Луга - прекрасное место отдыха горожан. Общество собиралось там раз в квартал, чтобы его члены могли видеть плоды политики "улучшения". Спустя 20 лет в обществе было 300 членов, в том числе многие известные люди.
Эдинбург становился центром светской жизни дворянства и горожан, чья культурная жизнь теперь поддерживалась клубами и обществами, членство в которых не связывалось с политикой. Люди различных политических взглядов могли быть членами одних и тех же клубов. Атмосфера гражданских и религиозных распрей ушла в прошлое. Среди литерати господствовал дух терпимости и взаимного уважения. Этот дух был важнейшим элементом литературной жизни того времени и во многом объяснял очарование и привлекательность сообщества шотландских мыслителей.
Шотландские общества XVIII в. характеризовались интеллектуальным сотрудничеством. Они предоставляли форум для свободного обсуждения неограниченного поля тем и составляли серьезную аудиторию для любого писавшего. Только компетентные авторы могли получить одобрение такой аудитории. Результатом деятельности обществ были прекрасные книги, написанные их членами.
Из всех проблем, объединявших образованных людей в общества, самой важной была проблема языка. Образованные шотландцы были весьма озабочены необходимостью говорить и писать на хорошем английском. Дворяне хотели избавиться от своего "провинциального" диалекта, заменив его "модным" "современным" английским. Изменения проникали и на начальный уровень образования, что способствовало натурализации английского языка в Шотландии.
Структура Избранного общества прекрасно отражает тогдашний эдинбургский союз Закона и Муз. Общество было основано в 1754 г. для "проведения философских исследований и улучшения публичной речи". К 1759 г. оно уже включало почти всех городских литерати и многих дворян. Список членов общества в том году был числом в 135 фамилий, из них по крайней мере 40 были связаны тем или иным образом с юридической профессией. Поколением раньше среди 19 членов Ранкенианского клуба, философского общества образованных и респектабельных, основанного в 1716 г., было 5 юристов, не менее 7 священников и только 4 университетских профессора 14 .
Исследователь шотландских клубов и обществ Д. Макэлрой выделяет три периода их эволюции. В период Подготовки (1700 - 1745) - общества формировались людьми, которые чувствовали необходимость объединения усилий и обмена идеями для улучшения всего, что, как им казалось, необходимо было улучшить. В период Достижений (1745 - 1770) - общества делали акцент на свершениях, а их члены занимались публикацией своих материалов. В период Признания (1770 - 1800) - многие общества часто получали право, позволявшие им представлять к наградам тех, кто внес важный вклад в получение нового знания. Некоторые общества получали королевские грамоты, подобно той, которая была у Лондонского королевского общества, а членство в них становилось честью, признаваемой во всем ученом мире 15 .
Некоторые общества прошли все этапы развития, другие же распались или слились, некоторые постепенно преобразовались в узкопрофессиональные корпорации специалистов и ученых. Старейшее в Шотландии Королевское медицинское общество было основано в 1731 г. "для улучшения медицинских знаний". Главнейшей его целью была публикация интересных медицинских случаев, наблюдавшихся в больницах города. Эдинбургское королевское общество, называвшееся при основании в 1739 г. Философским, первоначально состояло из двух частей - физической и литературной. Затем из-за незначительного числа членов литературной части деление было упразднено. К 1853 г. общество выпустило 16 томов своих "Записок". Королевское физическое общество было основано в 1771 г. и постепенно поглощало другие научные общества. К середине XIX в. в нем насчитывалось более полутора тысяч членов. Королевское шотландское общество искусств появилось лишь в 1821 г. 16
В Глазго и Абердине существовали общества подобные эдинбургскому философскому. В Глазго - Литературное общество, основанное в 1752 г., а Философское общество Абердина -в 1758 г. В обоих городах общества были тесно связаны с университетами, однако членами Литературного общества были несколько купцов и издателей. Общество, выросшее за два года до 31 члена, рассматривало на заседаниях такие работы как "Очерк космологии" Мопертюи, "О коммерции" и "Естественная история религии" Юма, "О состоянии ума во сне и феномене сновидения" Д. Стюарта, "О языке", "Теория нравственных чувств" и "Богатство народов" А. Смита. Юм, Стюарт, Смит и Т. Рид были активными членами общества.
Шотландские дворяне и светская молодежь создавали множество клубов. Королевское соединение лучников было основано в 1676 г. для распространения и развития стрельбы из лука. Со временем Лучники все больше и больше становились светским клубом и в этом качестве инициировали собственную литературу. В 1792 г. своим бардом лучники назначили Р. Бернса, избрав его почетным членом клуба, что современники считали, возможно, наибольшей честью, оказанной поэту. Самым известным был Легкий клуб, объединивший в 1712 г. молодых людей, решивших время от времени удаляться от дел и встречаться, чтобы, улучшая друг друга в совместной беседе, "присоединяться к наиболее воспитанной части человечества и учиться, обмениваясь своими счастливыми наблюдениями" 17 . Этот клуб, как и многие другие, сознательно ставил себя вне политики. Его члены охотно демонстрировали ум и литературные таланты. Они выбирали себе "патронов" из числа знаменитых людей и называли себя в клубе их именами (например, сэр Исаак Ньютон).
Среди разнообразия шотландских обществ были и женские клубы, например, Прекрасное интеллектуальное общество Эдинбурга. "Не только джентльмены, но и сами леди Эдинбурга объединялись в избранные и добровольные общества для улучшения своих знаний вместо развлечений и фантазий: они стремились, в одно и то же время, совершенствовать свою беседу, обогащать свое разумение и делать все более отточенными и приятными собственные манеры" 18 .
Упомянутый Ранкенианский клуб серьезно и систематически занимался улучшением английского языка своих членов и совершенствованием их литературных навыков. Он просуществовал почти 60 лет (до 1774 г.). Члены клуба прикладывали большие усилия по распространению в Шотландии свободы выражения мыслей и чувств, смелых исследований, точности рассуждений, внимания к литературной форме. По крайней мере десять ранкенианцев были известными писателями. Они выпустили более сотни публикаций, в том числе 30 книг, 3 перевода, 35 проповедей, 11 памфлетов, 5 диссертаций, 2 сборника поэзии и пьесу 19 . Похожим образом вели себя члены других клубов.
Избранное общество было задумано А. Рамсеем, известным художником, сыном известного поэта. В мае 1754 г. он обсудил свой план с друзьями - Д. Юмом и А. Смитом. Они решили созвать организационное собрание, на которое пришли еще полтора десятка участников, среди них - обладатели громких имен. А. Смит объяснил, что цель создания общества заключается в стремлении к философскому исследованию и в совершенствовании ораторского искусства его членов. Это было единственным выступлением Смита на собраниях общества (Юм не выступал вообще). Общество ожидал немедленный успех, через год оно удвоило количество членов, а еще через полгода их число достигло 83 человек и продолжало расти. Оно объединило десятки известнейших людей Шотландии - аристократов, князей церкви, главнейших юристов, профессоров университета, ученых, знатных купцов. Весной 1755 г. Юм, будучи казначеем Избранного общества, докладывал Рамсею: "Оно приняло национальные масштабы. Молодые и старые, благородные и незнатные, остроумные и зануды, миряне и духовенство - все стремятся занять место среди нас, и каждый раз нас так одолевают кандидаты, как будто мы должны выбрать члена Парламента" 20 .
Помимо обсуждения деловых проблем и дискуссий на определенные заранее темы, на заседаниях общества устанавливались почетные премии за вклад в искусство, литературу, науку. Их источником служили добровольные пожертвования. Не забыты были и искусства практические: лучшие издания книг и изготовление бумаги, а затем и другие виртуозы местных ремесел -изготовители текстиля, кружев, чулок, одеял, ковров, виски, пива. Для распределения премий создавались особые комитеты. Было даже сформировано самостоятельное подразделение Избранного общества под названием Эдинбургское общество поощрения искусств, наук, производства и сельского хозяйства в Шотландии (или просто Эдинбургское общество). Схема с созданием самостоятельной организации использовалась затем неоднократно. Так возникло и Общество поощрения искусств, промышленности и торговли, более известное как Общество искусств, а позднее как Королевское общество искусств.
Вот один из примеров эффективности подобных обществ. В Эдинбургском обществе 20 мая 1757 г. обсуждалась проблема: "Каков наилучший способ постройки и ремонта хороших дорог?" По окончании дискуссии общество подготовило и опубликовало несколько статей с предложениями по совершенствованию законов о дорогах, мостах и переправах. В июне 1759 г. общество обнародовало План ремонта дорог. В результате этого общественного движения дороги в Шотландии вскоре стали так же хороши, как и в других районах Британии.
В 1761 г. Избранное общество начало кампанию по улучшению знания английского языка среди шотландцев, поскольку его члены были уверены, что будущее шотландской культуры и литературы связано с английским языком. Было основано Общество по развитию чтения и письма на английском языке в Шотландии.
Избранное общество имело огромное влияние на интеллектуальную жизнь Эдинбурга. Дебаты в нем, по словам выдающегося шотландского философа Д. Стюарта, были такие, "в которых достоинство выступавших не было унижено политическими интригами и фракционной нетерпимостью, в которых самые яркие таланты, когда-либо украшавшие эту страну, поднимались до своих лучших проявлений в либеральных и облагораживающих литературных и философских дискуссиях" 21 .
Важной составляющей деятельности обществ и клубов была издательская. Основанный в 1823 г. в Эдинбурге для "печатания и публикации работ по истории, литературе и древностям Шотландии" клуб Бэннэтайн за 38 лет существования издал 122 книги. Мэйтлэнд клуб, основанный в Глазго в 1828 г. с такими же целями, опубликовал 77 книг. Абердинский Сполдинг клуб, целью которого было издание исторических, церковных, генеалогических, типографских и литературных архивов северо-восточных графств Шотландии, 44 книги напечатал с 1839 по 1870 гг. Десятки клубов по всей стране, записавших в уставах подобные намерения, издали сотни книг, а также сборники статей и эссе своих членов 22 .
К концу XIX в. была осознана общественная потребность в библиотеках, и по всей стране, даже в сельских районах, стали основывать клубы читателей. Публичные библиотеки создавались благодаря общественной подписке. Самым известным и, возможно, лучше всего организованным книжным клубом в Шотландии руководил Р. Берне.
Многие литерати еще в университетах становились членами студенческих дискуссионных клубов. Они убеждались в огромной пользе, приносимой подобными обществами. Знаменитый шотландский историк У. Робертсон вступил в Дискуссионный клуб еще студентом. Уже будучи ректором Эдинбургского университета, он поощрял создание подобных обществ. В 39 лет он присоединился к только что появившемуся Избранному обществу. Два года подряд он избирался одним из президентов общества, а когда оно занялось развитием чтения и письма на английском языке в Шотландии, Робертсон стал одним из директоров программы. В 1782 г. он предложил создать в Шотландии Академию выдающихся людей. При поддержке Философского общества он получил королевскую грамоту на ее создание, и организованное Эдинбургское королевское общество избрало его одним из своих президентов.
А. Смит с 1751 г. состоял в Политэкономическом клубе Глазго, основанном ректором университета Кохрэйном около 1743 г. Этот клуб был результатом возрастающей торговой активности в городе и концентрировался исключительно на экономических проблемах. Члены клуба находили время и для обсуждения философских аспектов экономических проблем. В 1755 г. Смит просчитал в клубе доклад о "Естественных свободах в промышленности". Мыслитель получал в клубе много новых практических знаний, в чем не стеснялся признаваться. Например, он узнал много нового для себя о практике торговли, что позволило ему сформулировать и проиллюстрировать свою доктрину.
В 1752 г. Д. Юм был избран одним из секретарей Философского общества. Когда общество решило в 1754 г. издать первый выпуск "Очерков и наблюдений, физических и литературных, прочитанных в Философском обществе Эдинбурга", Юм написал к нему предисловие. Он не определил весь спектр интересов общества, но исключил из него теологию, мораль и политику. Среди авторов сборника были Б. Франклин, лорд Кеймс и др. Успехи общества во многом определялись организаторской деятельностью Кеймса, избранного президентом в 1768 г. Он был яростным спорщиком, и заседания могли бы часто перерастать в жаркие дискуссии, если бы не Юм, всегда выступавший в роли миротворца 23 .
Литерати не были единственными гражданами Шотландии, собиравшимися в различных обществах. В стране существовало множество любителей древностей, вызывавших насмешки литерати, но и они не оставались в долгу. Основатель Общества антиквариев Д. Эрскин критиковал литерати, "которые, расхваливая друг друга, проклинают всякого образованного человека, не желающего подчиняться установленным ими стандартам" 24 . Одним из объединений антиквариев в Эдинбурге был Клуб парика, известный нарочито фальшивой реликвией - париком, изготовленным из волос служанок Клеопатры. Антикварные общества сделали очень много на поприще собирания, изучения и сохранения культурного наследия Шотландии.
Кульминацией стремления к национальному "улучшению" стало появление обществ, права которых были закреплены королевскими грамотами, - Королевского общества Эдинбурга, Королевского общества антиквариев, Горного и сельскохозяйственного общества Шотландии. По мере роста и процветания таких обществ, они обосабливались от общественности. Интеллектуалы и представители высшего света все чаще демонстративно отделяли себя от среднего класса, который, наоборот, все больше демократизировался и создавал собственные общества и клубы, удовлетворявшие вкусы широких городских слоев, то есть служившие для развлечения публики.
Первым шотландским обществом, организовывавшим дебаты как публичные развлечения, стало общество "Пантеон" в Эдинбурге, основанное в 1773 г. "Пантеон" ставил своей целью "улучшение публичной речи", а его дебаты были популярным развлечением. Число зрителей, плативших за вход, составляло от одной до трех сотен, а диспуты конкурировали с театром и цирком. Однако обсуждавшиеся в "Пантеоне" темы не были развлекательными или фривольными. Он имел репутацию серьезного собрания в течение семи лет. Наиболее запомнилась публике дискуссия на тему "Благотворна ли для государства безмерная религиозная терпимость?" В ней участвовали около 20 ораторов, 12 из которых были священниками. В 1790-е годы интерес к публичным дебатам упал, и "Пантеон" прекратил свое существование в 1800 г. 25
Был еще один вид обществ, в которых встречались практически все эдинбургские литерати. Макэлрой называет их застольными. В них литерати свободнее и, возможно, с большей пользой обсуждали вопросы, подобные тем, что звучали и в Избранном обществе. Члены застольных обществ собирались в тавернах, чтобы наслаждаться не только беседой, но и угощением. Иногда их очень трудно отличить от более формальных обществ, и только к концу XVIII в. формализованные общества начали собираться в частных домах. В одних застольных обществах преобладали поэты и музыканты, в других - ученые и священники, в третьих - юристы. В этих обществах часто изобретали пародийные ритуалы, называли друг друга придуманными именами. Одно из таких популярных обществ - "Пятничный клуб" - был основан в 1803 г. В. Скоттом.
Другой - "Кочерга" - собирался раз в неделю в обеденное время, главным образом, в зимние месяцы, в эдинбургской таверне. За неявку полагался штраф - прогулявший оплачивал угощение. Клуб был создан в 1762 г. для осуществления плана организации милиции в Шотландии (это был вопрос важный и тонкий, особенно после восстаний шотландских горцев) и просуществовал до 1784 г. Проблема милиции нечасто появляется в протоколах, однако из них можно заключить, что клуб занимался ей последовательно и целеустремленно. Здесь работал один из обычных механизмов социального действия в Шотландии: клуб Кочерга "шевелил угли" при помощи своих влиятельных членов. Атмосфера в нем была типично шотландская: по ходу собрания совмещались патриотическая цель, застольная беседа и ехидное "поджаривание" "клубящимися" друг друга. Многим последняя черта не очень нравилась, поскольку члены клуба, вдохновляемые Д. Юмом и У. Робертсоном, отпускали замечания, не взирая на ранги и лица, делая исключение лишь для приезжих гостей. Члены клуба, тем не менее, оттачивали формы дружеской и ученой беседы, презирали педантизм, обменивались идеями и расширяли свой кругозор. В последних заседаниях "Кочерги" участвовал В. Скотт.
Другим известным клубом была "Устрица" - одно из любимых мест А. Смита. В "Устрице" можно было видеть также известных ученых Д. Хаттона, Х. Блэра и Д. Блэка, А. Фергюсона, архитектора Р. Адама, Д. Стюарта, У. Робертсона и других ярких личностей. Они были почти ровесниками, многие получили образование в одном университете, и их любимым занятием было вспоминать приключения и события юности.
В академических кругах Шотландии до сих пор рассказывают анекдот об А. Смите. Незадолго до смерти А. Смит уже не мог посещать заседания "Устрицы". Но однажды, когда ему стало немного лучше, он назначил встречу клуба у себя дома. После обеда и приятной беседы с давними друзьями он, наконец, встал и с трудом подошел к двери. Обернувшись, сказал: "Друзья мои, я боюсь, что должен покинуть это счастливое собрание и что я никогда не встречусь с вами больше; но я верю, что мы все встретимся в будущем в ином и лучшем мире" 26 .
"Все рассказанное выше сводится к тому факту, что, как бы ни учитывали ранги и социальную иерархию граждане восемнадцатого века в своем обычном поведении, в клубной жизни они могли обретать различные степени свободы, не встречавшиеся на формальных обедах" 27 . Шотландская философская традиция "производила не столько честолюбцев-индивидуалистов, сколько личностей в диалоге, каждая из которых побуждала других глубже заглядывать в свои души в поисках новых истин" 28 . Литерати создали собственную среду, либеральную, толерантную "республику ученых". Но они были вписаны и в более широкий социальный контекст. Клубы и общества можно назвать главной чертой Шотландского просвещения, а Просвещение определить как процесс, при котором разум проявляется в свободных публичных дебатах. Прогресс, хотя и медленно, путем проб и ошибок, но верно наступает как результат свободных цивилизованных общественных дебатов перед судом разума 29 .
Маленькая и экономически неразвитая Шотландия, не гнушаясь заимствованием чужих достижений, построила национально окрашенную структуру социальных взаимодействий и механизмов развития, позволившую ей за короткое время из отсталой окраины Европы превратиться в общепризнанный центр Просвещения, литературы, промышленности, теоретических и практических идей Нового времени. Пример Шотландии может быть нам хорошим уроком, если мы вообще способны извлекать уроки из истории.
________________________________________
1 McElroy D. Scotland's Age of Improvement: A Survey of Eighteenth- Century Clubs and Societies. Pullman (Wash.), 1969. P. 164.
2 The Scottish Enlightenment 1730 - 1790: A Hotbed of Genius / Ed. by D. Daiches, P. Jones and J. Jones. Edinburgh, 1996. P. 34.
3 Davie G. The Democratic Intellect: Scotland and Her Universities in the Nineteenth Century. Edinburgh, 1999. P. IX.
4 Chitnis A. C. The Scottish Enlightenment: A Social History. L:Totawa, 1976. P. 5.
5 Clive J. The Social Background of the Scottish Renaissance // Scotland in the Age of Improvement. Essays in Scottish History in the Eighteenth Century. Edinburgh, 1970. P. 240.
6 Дарнтон Р. Великое кошачье побоище и другие эпизоды из истории французской культуры. М., 2002. С. 134, 136.
7 Blackstone W. Commentaries on the Laws of England. Chicago, 1876. P. 4.
9 Davie G. Op. cit. P. 18.
10 Ibid. P. 15.
11 McElroy D. Op. cit. P. 2.
12 Ibid. P. 7 - 8.
13 Ibid. P. 9.
14 Clive J. Op. cit. P. 228 - 229, 234. 15 McElroyD. Op. cit. P. 14.
16 Evans A. I. The Learned Societies and Printing Clubs of the United Kingdom. L, 1853. P. 169 - 175.
17 McElroy D. Op. cit. P. 10 - 11.
18 Hill A., Bond W. The Plain Dealer Being Select Essays on Several Curious Subjects. 1730. Vol. I. P. 393.
19 McElroy D. Op. cit. P. 22 - 23.
20 Ibid. P. 50.
21 Ibid. P. 64.
22 Terry C. S. A Catalogue of the Publications of Scottish Historical and Kindred Clubs and Societies and of the volumes relative to Scottish History issued by His Majesty's Stationery Office. 1780 - 1908. Glasgow, 1909.
23 McElroy D. Op. cit. P. 37.
24 Ibid. P. 77.
25 Ibid. P. 89.
26 McElroy D. Scotland's Age of Improvement. P. 170.
27 The Scottish Enlightenment 1730 - 1790: A Hotbed of Genius. P. 38.
28 Broadie A. Why Scottish Philosophy Matters. Edinburgh, 2000. P. 14 - 15.
29 Broadie A. Introduction: What was the Scottish Enlightenment? // The Scottish Enlightenment: An Anthology / Ed. by A. Broadie. Edinburgh, 1997. P. 16 - 18.


© М. И. Микешин
"Человек" 2004 год № 1

@темы: Шотландия, Статьи, Культура, XVIII век